Как минометы полковника Надгериева взломали город-крепость Глогау и открыли путь на Берлин

В наградном листе от 6 апреля 1945 года, подводящем итог боям за Одер, подвиг офицера описан скупым, но предельно емким военным языком:

«I. Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига или заслуг. За умелое применение маневра и успешное проведение операций в результате которых был окружен и уничтожен гарнизон мощного узла обороны противника на р. Одер город и крепость ГЛОГАУ, с нанесением противнику большого поражения в живой силе и технике, достоин Правительственной награды...»

Изначально подполковник Надгериев был представлен к полководческому ордену Богдана Хмельницкого II степени, однако решением командующего артиллерией 3-й гвардейской армии итоговой наградой стал орден Александра Невского. И эта замена имеет глубочайший исторический и символический смысл. Но чтобы понять его, нужно разобраться, в каком аду пришлось сражаться минометчикам на улицах Глогау.

Уличные бои — самый страшный и тяжелый вид боевых действий. Глогау был превращен немцами в сплошной забетонированный лабиринт. Улицы перекрывали массивные баррикады, каждое окно старинных зданий ощетинилось пулеметами, а глубокие подвалы превратились в ДОТы.

В таких условиях применять тяжелую бронетехнику было равносильно самоубийству — танки горели на узких улочках от ударов фаустпатронов. Традиционная ствольная артиллерия (пушки) тоже теряла свою эффективность: снаряды, летящие по прямой траектории, часто не могли пробить многометровые исторические стены или не доставали врага, укрывшегося в низинах и дворах-колодцах.

В отличие от пушек, миномет бьет по крутой, навесной траектории. Это позволяло расчетам забрасывать тяжелые 16-килограммовые мины прямо за спины защитников высоких баррикад, бить точно по крышам укрепленных зданий и буквально выкуривать вражескую пехоту из внутренних дворов и траншей.

В наградном листе неслучайно сделан акцент на словах: «За умелое применение маневра...».

Миномет калибра 120-мм — это тяжелое орудие весом почти в 300 килограммов. Перемещать такие махины и тонны боеприпасов к ним по улицам, заваленным битым кирпичом и искореженным металлом — колоссальный труд. При этом менять позиции нужно было постоянно: стоило минометчикам засидеться на одном месте, как их накрывал ответный огонь немецких снайперов и артиллерии.

Надгериев решил сложнейшую математическую и логистическую задачу. Он организовал бесперебойную огневую поддержку советских штурмовых групп, ювелирно маневрируя тяжелым полком в руинах города. Это позволило методично, квартал за квартал, перемалывать оборону врага, не подставляя собственных солдат под ответные удары.

Значение ликвидации гарнизона Глогау выходило далеко за рамки освобождения одного польского города. Оно имело прямое влияние на судьбу всей кампании 1945 года.

Спустя всего две недели, 16 апреля 1945 года, эти высвобожденные силы обрушатся на Зееловские высоты, начав финальную Берлинскую стратегическую операцию. Без победы у стен Глогау этот удар был бы значительно слабее.

Так почему же орден Александра Невского стал идеальной наградой за этот бой?

Статут этого ордена гласит, что им награждаются командиры за умение побеждать не числом, а умением; за выбор удачного момента для атаки; за искусное маневрирование, которое привело к разгрому врага с минимальными потерями для своих войск.

Орден Александра Невского стал абсолютно заслуженным венцом боевого пути Мухарбека Надгериева, подведя блестящий итог его личной эволюции — от молодого командира дивизиона, высаживавшегося под огнем на Малую землю в Новороссийске, до командира грозного артиллерийского полка, взламывающего цитадели Третьего рейха в самом сердце Европы.